https://oko-planet.su/finances/financesnews/366243-pochemu-venesuela-okazalas-u-razbitogo-koryta.html
Инфляция может превысить 1600% в текущем году.
На человеческом уровне ситуация еще более шокирующая: в 2016 г. из-за острого дефицита продуктов питания примерно три четверти венесуэльцев похудели в среднем на 8,7 кг. Причем виновата в этой катастрофе не война, иностранная или гражданская, а сама Венесуэла.
И ситуация продолжает ухудшаться на фоне скатывания режима Николаса Мадуро к диктатуре.
Пятьдесят лет назад Венесуэла была примером для всей Латинской Америки. Относительно стабильное демократическое государство было ненамного беднее Великобритании. Как же произошла эта трагедия?
Экономика Венесуэлы построена на нефти: ее лидеры гордятся наличием самых больших подтвержденных запасов "черного золота" в мире, и всегда есть соблазн винить изменчивые нефтяные цены во всех невзгодах.
Нефть составляет 90% венесуэльского экспорта. Она помогает финансировать государственный бюджет и обеспечивает страну иностранной валютой для импорта необходимых потребительских товаров. Как итог, почти все в экономике, от туалетной бумаги для обуви, завозится из-за границы.
Когда цены на нефть взлетели в 2000-х гг., Венесуэла была завалена деньгами. В 2014 г. бум закончился. Долларовый поток резко уменьшился, в результате чего новый президент Николас Мадуро, пришедший к власти после смерти Уго Чавеса, столкнулся с не очень большим выбором.
Он мог позволить национальной валюте, боливару, обесцениться. Но в этом случае взлетели бы цены на импортные товары.
Высокая инфляция противоречила бы эгалитарному духу боливарианского правительства Венесуэлы. Но самое главное, это сделало бы нового главу страны менее популярным.
Вместо этого Мадуро решил сохранить завышенный официальный обменный курс и ввел ограничения на импорт через жесткий правительственный контроль к доступу к иностранной валюте.
Результат оказался совсем не тот, что ожидали. С сокращением импорта стремительно пошли вверх цены. Мадуро попытался искусственно сдерживать их, в ответ товары либо исчезали с прилавков магазинов, либо оказывались на черном рынке.
Фискальные проблемы правительства лишь усугубили ситуацию. С сокращением наполовину нефтяных доходов резко увеличился бюджетный дефицит. Мадуро мог бы сократить расходы и увеличить налоги. Но эти шаги для президента показались неприемлемыми.
Большие золотовалютные запасы позволяли много тратить. В 2000 г. Венесуэла имела достаточно резервов для покрытия более чем семи месяцев импорта, к 2013 г. их хватило бы всего на три месяца. За тот же период резервы России взлетели с 5 до 10 месяцев импорта, а Саудовской Аравии - с 4 до 37 месяцев.
Еще недавно Венесуэле завидовали многие страны Латинской Америки. Длительная стагнация уровня жизни позволила прийти к власти харизматичному политику-популисту. Но популярность очень трудно сохранить.
Чем более отчаянное положение у популиста, тем выше его готовность пойти на долгосрочные риски в обмен на краткосрочное улучшение.
Не всегда популисты видят плоды своей опасной политики, но день расплаты рано или поздно наступает. И всегда больше всего страдают простые люди.
Почему Венесуэла оказалась у разбитого корыта?
Москва, 14 апреля - "Вести.Экономика". Трудно передать тяжесть продолжающегося в Венесуэле кризиса. Его глубина поражает: экономика сократилась на 10% в прошлом году и будет на 23% меньше, чем в 2013 г., к концу этого года, прогнозирует МВФ.Инфляция может превысить 1600% в текущем году.
На человеческом уровне ситуация еще более шокирующая: в 2016 г. из-за острого дефицита продуктов питания примерно три четверти венесуэльцев похудели в среднем на 8,7 кг. Причем виновата в этой катастрофе не война, иностранная или гражданская, а сама Венесуэла.
И ситуация продолжает ухудшаться на фоне скатывания режима Николаса Мадуро к диктатуре.
Пятьдесят лет назад Венесуэла была примером для всей Латинской Америки. Относительно стабильное демократическое государство было ненамного беднее Великобритании. Как же произошла эта трагедия?
Экономика Венесуэлы построена на нефти: ее лидеры гордятся наличием самых больших подтвержденных запасов "черного золота" в мире, и всегда есть соблазн винить изменчивые нефтяные цены во всех невзгодах.
Нефть составляет 90% венесуэльского экспорта. Она помогает финансировать государственный бюджет и обеспечивает страну иностранной валютой для импорта необходимых потребительских товаров. Как итог, почти все в экономике, от туалетной бумаги для обуви, завозится из-за границы.
Когда цены на нефть взлетели в 2000-х гг., Венесуэла была завалена деньгами. В 2014 г. бум закончился. Долларовый поток резко уменьшился, в результате чего новый президент Николас Мадуро, пришедший к власти после смерти Уго Чавеса, столкнулся с не очень большим выбором.
Он мог позволить национальной валюте, боливару, обесцениться. Но в этом случае взлетели бы цены на импортные товары.
Высокая инфляция противоречила бы эгалитарному духу боливарианского правительства Венесуэлы. Но самое главное, это сделало бы нового главу страны менее популярным.
Вместо этого Мадуро решил сохранить завышенный официальный обменный курс и ввел ограничения на импорт через жесткий правительственный контроль к доступу к иностранной валюте.
Результат оказался совсем не тот, что ожидали. С сокращением импорта стремительно пошли вверх цены. Мадуро попытался искусственно сдерживать их, в ответ товары либо исчезали с прилавков магазинов, либо оказывались на черном рынке.
Фискальные проблемы правительства лишь усугубили ситуацию. С сокращением наполовину нефтяных доходов резко увеличился бюджетный дефицит. Мадуро мог бы сократить расходы и увеличить налоги. Но эти шаги для президента показались неприемлемыми.
Большие золотовалютные запасы позволяли много тратить. В 2000 г. Венесуэла имела достаточно резервов для покрытия более чем семи месяцев импорта, к 2013 г. их хватило бы всего на три месяца. За тот же период резервы России взлетели с 5 до 10 месяцев импорта, а Саудовской Аравии - с 4 до 37 месяцев.
Еще недавно Венесуэле завидовали многие страны Латинской Америки. Длительная стагнация уровня жизни позволила прийти к власти харизматичному политику-популисту. Но популярность очень трудно сохранить.
Чем более отчаянное положение у популиста, тем выше его готовность пойти на долгосрочные риски в обмен на краткосрочное улучшение.
Не всегда популисты видят плоды своей опасной политики, но день расплаты рано или поздно наступает. И всегда больше всего страдают простые люди.
Комментариев нет:
Отправить комментарий