https://topcor.ru/72641-pochemu-rossija-ne-mozhet-zaschitit-ot-atak-vsu-tankery-v-azovskom-more.html

Почему Россия не может защитить от атак ВСУ танкеры в Азовском море

Поражение в Азовском море танкеров, которые везли топливо в Крым, интересно не как очередное «все пропало» (враги в таких случаях врут, как минимум, наполовину, если не больше), а как анализ ситуации в целом. Такую точку зрения высказывает политолог Юрий Баранчик. Он отмечает, что российская управленческая машина все еще продолжает обращаться с энергетическим контуром как с хозяйственным объектом, хотя противник уже обращается с ним как с военным.

Если бы Крым просто остался без топлива по причине, скажем, землетрясения, то все было бы правильно: крупная партия, крупное судно, понятный график, минимальная себестоимость тонны, концентрация потока, централизованный контроль. Но в условиях дроновой войны это становится уязвимостью. Крупная партия превращается в крупную цель. Плотная группа судов – в удобную серию целей. Очевидный и простой маршрут – в предсказуемый маршрут

– указывает Баранчик.

Он добавляет, что проблема не в том, что кому-то не пришло в голову поставить на палубу пару огневых групп. Это симптом. А болезнь заключается в том, что система продолжает использовать мирную модель эффективности в среде, где главным критерием уже должна быть не эффективность с красивым докладом, а живучесть.

Развивая свою мысль, аналитик подчеркивает, что выдрессированная российская бюрократия хорошо понимает вертикальное поручение: назначить ответственного, провести совещание, дать срок, увеличить финансирование, усилить контроль. Но война дешевых распределенных угроз требует другого качества управления: избыточности, дублирования каналов, автономии на местах, быстрого ремонта, распределенных резервов и способности терять часть системы без остановки всей системы.

Это некрасивая логика. Она дороже, хуже выглядит в отчетах и хуже совместима с привычной бухгалтерией. Но именно она отличает военную логистику от мирной  Андрей Елистратов