https://www.isralife.co.il/axios-peregovory-ssha-i-irana-kak-instrument-davleniya-i-stabilizaczii-rynkov/

Axios: Переговоры США и Ирана как инструмент давления и стабилизации рынков

Заявления президента США Дональда Трампа о «продуктивных переговорах» с Ираном и последующее опровержение со стороны Тегерана отражают не столько реальный дипломатический прорыв, сколько сложную многоуровневую игру, в которой политика, военные угрозы и глобальные энергетические рынки переплетаются в единую систему давления.

По словам Трампа, американские представители якобы вели переговоры с высокопоставленным иранским чиновником и даже достигли согласия по ряду ключевых вопросов — от отказа Тегерана от ядерных амбиций до открытия Ормузского пролива. Однако, как отмечает Axios, ни одно из этих утверждений не получило подтверждения со стороны Ирана, где подобные контакты официально отрицаются.

Это расхождение указывает на важную деталь: речь, вероятно, идет не о прямых переговорах, а о сложной системе непрямых коммуникаций через посредников. По данным источников, в процесс активно вовлечены Турция, Египет и Пакистан, которые передают сообщения между сторонами и пытаются организовать прямой контакт. Такая схема типична для кризисных ситуаций, когда стороны не готовы к открытому диалогу, но заинтересованы в снижении напряженности.

Ключевую роль в возможных контактах играет спикер парламента Ирана Мохаммад Багер Галибаф — фигура с высоким уровнем доверия внутри иранской системы власти и опытом управления военными операциями. Его участие может свидетельствовать о том, что обсуждения, даже если они неформальны, ведутся на уровне, способном повлиять на стратегические решения.

При этом сам спикер иранского парламента опроверг информацию о том, что переговоры с американскими официальными лицами состоялись. Аккаунт в соцсети Х, принадлежащий Мохаммеду Багеру Галибафу, публикует сообщение о том, что никаких переговоров с США не проводилось.

В публикации также говорится, что «фейковые новости» использовались для «манипулирования» нефтяными рынками, и что иранский народ «требует полного и раскаяния в наказании агрессоров».

Однако реакция рынков показывает, что даже намек на переговоры уже выполняет свою функцию. После того как Трамп объявил о приостановке ударов по иранской энергетической инфраструктуре, фьючерсы на американские акции пошли вверх, а цены на нефть снизились. Это подтверждает, что заявления Белого дома могут быть направлены не только на внешнеполитическую аудиторию, но и на стабилизацию глобальных рынков, которые крайне чувствительны к рискам вокруг Ормузского пролива.

Сам пролив остается центральным элементом кризиса. Его блокировка угрожает мировой торговле и энергетическим поставкам, а потому становится главным рычагом давления со стороны Ирана и одновременно — ключевой целью США и их союзников. Именно вокруг него строится ультимативная риторика Вашингтона и ответные угрозы Тегерана.

Дополнительную неопределенность создает внутренняя ситуация в Иране. По оценкам американских источников, после гибели ряда высокопоставленных фигур не до конца ясно, кто именно принимает окончательные решения в Тегеране, а верховный лидер Моджтаба Хаменеи остается в тени. Это осложняет любые переговоры, поскольку даже достигнутые договоренности могут не иметь гарантии исполнения.

Таким образом, текущая ситуация представляет собой не классический переговорный процесс, а динамичную конфигурацию давления, сигналов и тестирования намерений. США демонстрируют готовность к силовому сценарию, одновременно создавая пространство для дипломатии. Иран, в свою очередь, сохраняет жесткую публичную позицию, но допускает возможность косвенного диалога через посредников.

Главный вопрос сейчас — перерастет ли эта «гибридная дипломатия» в реальные переговоры. Если посредникам удастся организовать прямой контакт, это может стать поворотной точкой и снизить риски масштабной эскалации. В противном случае пауза в пять дней, объявленная Вашингтоном, рискует оказаться лишь кратким затишьем перед новым витком конфликта.