С момента формирования нынешнего правительства и до сегодняшнего дня начальник Генштаба Герци Халеви отказывается согласовывать свои действия с законно избранным политическим руководством страны. От потворства отказничеству до саботажа военных действий: хроника взбунтовавшегося генерала.
Озвученное заявление начальника Генштаба, главы ШАБАКа и главы МОСАД о том, что ХАМАС, мол, не намерен идти на компромисс по завершению войны, а потому Израилю следует принять условия ХАМАСа для сделки, стало кульминацией продолжающегося кризиса между руководителями силовых структур и правительством по поводу того, куда и как следует вести нынешнюю войну.
В то время как правительство во главе с Нетаниягу стремится к уничтожению ХАМАСа и установлению контроля над территорией сектора, то есть к тому, что называется "полной победой", силовики, и прежде всего начальник Генштаба Герци Халеви, упорно настаивают на необходимости заключения сделки с ХАМАСом и завершении войны.
В этом конфликте Израиль пребывает уже более года. Генералы отказываются подчиняться политическим лидерам и пытаются управлять войной в соответствии со своими собственными взглядами и целями. В этой статье я показываю, как начальник Генштаба Халеви последовательно саботирует цели, поставленные политическим руководством для того, чтобы единственной реальной опцией оставался лишь один - навязываемый им вариант: сделка по заложникам на условиях ХАМАСа, выход из Газы и прекращение войны.
Симпатия к отказу от армейской службы
Саботаж со стороны Халеви начался ещё задолго до войны — по сути, с того самого момента, как он занял высшую армейскую должность. Напомним, начальником Генштаба Герци Халеви был назначен в сентябре 2022 года уходящим правительством Беннета-Лапида в разгар предвыборной кампании, когда кабинет действовал как временное правительство и потому, вообще говоря, согласно существовавшим до того в Израиле нормам должен был бы воздержаться от принятия далеко идущих шагов и решений. Стоит ли удивляться тому, что Герци Халеви уже с самого начала показал себя абсолютно чуждым курсу нового правительства.
Первое наглядное проявление подобного отчуждения стало очевидным во время протестов против демократической судебной реформы — флагманской инициативы правительства Нетаниягу. Вопрос о реформах поднял тему отказа от службы в армии по политическим соображениям. Движение отказа, прекращение добровольной службы или уклонение от призыва — называйте это как хотите — угрожало сплоченности армии, снижало боеготовность и подрывало сдерживающую мощь Израиля. Это факты, о которых нелепо спорить. Более того, сам Халеви неоднократно признавал и подтверждал это.
Однако, несмотря на то что эта проблема напрямую находится в зоне его ответственности, и именно он располагает всеми необходимыми командными рычагами для её решения, Халеви так и не удосужился предпринять хоть какие-либо действия, которые могли бы положить конец опасной инициативе. Ни увольнений пропагандистов отказа, ни приостановления их службы, ни даже выговоров или разбирательств. На протяжении всего времени Халеви ограничивался лишь общими заявлениями против отказа от службы, перекладывая ответственность и требуя действий, а иначе говоря, уступок политическим шантажистам, от законно избранного обществом правительства.
Первый случай, потребовавший решительных командирских действий, произошел 22 марта 2023 года. Лидеры движения "Братья по оружию" провели пресс-конференцию, на которой заявили о "развале армии".
"Мы хотим объявить об усилении нашей борьбы, - заявил Рон Шерф. - Если диктаторские законы будут приняты, народная армия перестанет существовать. В случае их принятия мы и десятки тысяч наших сторонников прервём свою добровольную службу в армейском резерве. Армия разваливается. Мы видим это, армия разваливается. Мы неотъемлемая часть армии, и армия, которую мы так любим, разваливается. Сегодня мы начинаем активный сбор подписей всех добровольцев-резервистов."
На подобные угрозы командующий армией обязан реагировать жёстко и решительно. Меры должны были включать немедленное отстранение бунтовщиков. Однако Герци Халеви не предпринял вообще никаких действий. Вместо этого, через несколько дней (27 марта), он опубликовал так называемое "письмо начальника Генштаба" с общими заявлениями:
"Местом выражения протеста должна оставаться общественная трибуна. В ЦАХАЛе этому места нет, поскольку наносимый ущерб слишком серьезен. Это подрывает взаимную ответственность, а наши враги воспринимают это как слабость и возможность для реализации своих замыслов."
Несколько дней спустя он повторил эти слова на собрании с командирами армейского резерва:
"Отказ от службы — это красная линия. Этого не должно быть в повестке. Неправильно говорить об отказе. Неправильно призывать к отказу от службы."
"Красная линия", "серьезный ущерб" — всё это действительно звучит красиво и правильно, но если это на самом деле настолько серьезно и опасно, почему же тогда командующий армии не предпринял против этого никаких действий?
Согласитесь, этот вопрос более чем уместен.
Как известно, принятие реформы было отложено вслед за так называемой "ночью Галанта" и последующих бурных протестов, но продолжилось вновь на летней сессии. К этому времени отказ от службы уже стал реальной проблемой. Тысячи офицеров в ключевых подразделениях подписали петиции, организованные движением "Братья по оружию", заявив, что не пойдут на резервистскую службу. Как теперь известно, в некоторых подразделениях, например ВВС, это в итоге реально сказалось на боеспособности из-за не проведённых вовремя тренировок.
Начальник Генштаба признал снижение боеспособности, но вновь вместо того, чтобы как командующий армией предпринять соответствующие дисциплинарные меры против отказников, опять переложил ответственность на Нетаниягу и правительство. Как сообщается, Халеви, вместе с министром обороны Йоавом Галантом, фактически ставшим его верным "адъютантом" и лоббистом представил премьер-министру отчет о снижении армейской боеготовности - мол, вот к чему ведёт ваша политическая линия.
В июле Герци Халеви заявил: "Любой, кто призывает не являться в эти дни на службу, наносит вред ЦАХАЛу, а также безопасности государства." А в сентябре 2023 года, буквально за месяц до начала войны, подчеркнул: "В условиях текущих угроз для безопасности продолжать поляризующий спор — это откровенное высокомерие. Думать, что ЦАХАЛ устойчив к разрушительным последствиям раскола, — это опасное заблуждение." Но снова - пальцем о палец не ударил.
Армия же тем временем действительно распадалась: подразделения теряли боеспособность, сдерживающая сила ослабевала, а наши враги вся яснее ощущали это как исключительную возможность для реализации своих планов. Однако даже это явное усугубление ситуации не побудило Герци Халеви к активным действиям по пресечению отказничества.
Он продолжал сохранять пассивность, оставаясь этаким сидящим на заборе наблюдателем, предупреждал и высказывал предостережения так, будто бы он просто военный обозреватель на новостном канале или эксперт по отношениям между обществом и армией, выступающий на академической конференции, а вовсе не главнокомандующий ЦАХАЛом, несущий непосредственную ответственность за армейскую сплоченность, боеспособность и сохранение сдерживающего врагов фактора.
Почему он вёл себя именно так? Точно мы этого не знаем. Вместе с тем, основываясь на его решениях и действиях, можно предположить, что Герци Халеви фактически выражал таким образом свою собственную симпатию протестам и отказу от службы. Он потворствовал этим процессам, позволял им развиваться, и даже, отказываясь пресечь, придавал им легитимность, хотя прекратить всё это безобразие было в его полной власти.
На самом деле мне есть что добавить по поводу его собственного личного мнения на эту тему, но в данном контексте это даже не имеет значения. Начальник Генштаба говорит своими действиями, а те выражали его позицию куда яснее любых слов.
Своими поступками Герци Халеви, по сути, превратил армию в филиал движения "Братья по оружию", позволив грубо и цинично использовать ЦАХАЛ в политических целях.
"Война за Возрождение" ("Война Железных мечей")
Саботаж борьбы с отказничеством со стороны Герци Халеви стал фоном начавшейся в октябре прошлого года войны. Последовательное проявление нелояльности законно избранному правительству осталось и дальше характерной чертой его поведения, сохраняясь на протяжении всей войны.
Первый серьезный конфликт между Халеви и Нетаниягу произошел уже в первые недели войны. Представители ЦАХАЛа (иначе говоря, доверенные лица Халеви) публично заявили, что, мол, "армия готова к наземной операции", однако именно Нетаниягу задерживает ее одобрение. На деле же в офисе Нетаниягу отказались принимать представленный военным руководством план, поскольку, как стало известно позднее, Генштаб предложил крайне ограниченный маневр с участием небольших сил, направленный на проведение ряда локальных рейдов, а вовсе не полноценное масштабное освобождение сектора. В результате армия отправилась готовить уже другой план, что стало одной из причин задержки наземной операции.
