"Израильское общество не выходило из состояния шока и ярости с утра 7 октября 2023 года – дня, который большинство израильтян сравнивают с Холокостом не как метафору, но как личную рану. Для страны с населением около 9 миллионов человек это был удар, сопоставимый, в пересчете на душу населения, с потерями США 11 сентября, умноженными в десятки раз.
С того дня израильское общество, традиционно расколотое по десяткам политических, религиозных и этнических линий, сплотилось вокруг единственного консенсуса: враг должен быть уничтожен. Опросы общественного мнения, проводившиеся в первые месяцы после нападения, показывали поддержку военной операции в Газе на уровне 70-80%. Даже среди тех, кто выходил на демонстрации против правительства Нетаниягу и судебной реформы, не нашлось желающих говорить о диалоге с ХАМАС.
Это единство – явление редкое и хрупкое. Израиль всегда был обществом споров: светские против ультраортодоксов, ашкеназы против мизрахим, левые против правых, сторонники двух государств против сторонников аннексии. Но 7 октября создало то, что психологи называют "коллективной травмой", общее переживание, которое на время стирает прочие различия и производит единый эмоциональный ответ. В данном случае этим ответом стала ярость, требующая действия.
Когда в начале 2025 года первые осторожные голоса, преимущественно из академической среды и левых НКО, начали призывать к возобновлению политического диалога, реакция на улицах была показательной. Этих людей не просто критиковали, их называли предателями. Социальные сети наполнились угрозами. Несколько профессоров университетов получили письма с требованием "убраться из страны". Подобная атмосфера не возникает на пустом месте: она является прямым следствием накопленного страха, горя и ощущения экзистенциальной угрозы."
******************************************
"Важно понять, что эта ярость не иррациональна в своей основе. Она питается конкретным историческим опытом, многократным переживанием того, как надежды на мир оборачивались насилием. Чтобы разобраться в нынешней тупиковой ситуации, необходимо сделать шаг назад и взглянуть на этот опыт честно, без идеологических фильтров."
********************************************
"История израильско-палестинских переговоров, это история незавершенных обещаний и взаимных разочарований, каждое из которых оставляло ситуацию хуже, чем прежде. Соглашения Осло 1993 года были, пожалуй, самым смелым экспериментом. Израильское правительство Рабина и ООП Арафата пожали руки на лужайке Белого дома, подписав документы, которые должны были запустить процесс создания палестинского государства. Мировое сообщество аплодировало стоя.
Что последовало – хорошо известно. Вместо постепенного строительства доверия и институтов начался период нарастающего насилия. Переговоры в Кэмп-Дэвиде в 2000 году, на которых премьер-министр Барак предложил палестинской стороне условия, которые многие израильтяне до сих пор считают беспрецедентно щедрыми – контроль над большей частью Западного берега, раздел Иерусалима, компенсации беженцам – были отвергнуты. Арафат не выдвинул контрпредложения. Вместо этого в сентябре 2000 года началась Вторая интифада."
*********************************************
"Есть горькая ирония в том, что израильская армия за почти восемь десятилетий существования государства уже была во многих городах и деревнях Газы и Ливана, иногда десятки раз. Израильские солдаты знают улицы Газы и Хан-Юниса так же, как знают свои собственные города. Разведка ЦАХАЛ обладает детальными картами каждого квартала, каждого подземного хода. И все же возвращаются снова.
Это не военная неудача в классическом смысле – израильская армия, как правило, достигает тактических целей. Проблема в другом: военная победа не конвертируется в политический результат."
********************************************
" Сейчас вновь в израильском публичном пространстве начали осторожно появляться голоса, ставящие под сомнение военную стратегию. Это не антиизраильские активисты и не идеалисты из мирового сообщества, это бывшие генералы, разведчики, дипломаты и экономисты. Их аргументы сугубо прагматические.
Бывший глава "Моссада" Тамир Пардо неоднократно публично высказывался в пользу политического решения, указывая, что военная победа над идеологическим движением невозможна в принципе. Уничтожение лидеров террористов это тактический успех, но не стратегический."
*******************************************
"Однако все эти голоса сталкиваются с одной и той же проблемой: с кем вести переговоры? С террористами, зафиксировавшими в своей идеологии уничтожение Израиля?"
*******************************************
"Мировое сообщество требует немедленного прекращения огня, гуманитарного доступа и политического урегулирования. Эти требования звучат с трибун ООН, в заявлениях европейских правительств, в резолюциях Международного суда справедливости. Израиль находится в беспрецедентной международной изоляции, которая нарастала на протяжении полутора лет. Но между международным давлением и международной ответственностью – огромная пропасть. Требовать прекращения огня легко; брать на себя обязательства по послевоенному устройству Газы – несравнимо труднее."***" Европейские страны критикуют израильские операции, но не предлагают конкретных механизмов, которые гарантировали бы безопасность Израиля в обмен на уступки."
******************************************
"Именно поэтому международное давление, каким бы интенсивным оно ни было, воспринимается большинством израильтян не как помощь, а как вмешательство людей, которые не будут расплачиваться за последствия своих советов."
******************************************
"Для большинства израильтян история конфликта, это история нации, которую не принимают в регион и которая вынуждена защищать право на существование с первого дня своей независимости. Это история соседей, которые несколько раз пытались уничтожить государство военным путем, история террора как инструмента политики, история того, как каждая уступка воспринималась как приглашение к новому насилию."
*******************************************
"Продолжение военных операций, вероятно, не приведет к ликвидации угрозы, только к ее временному подавлению. Политическая изоляция нарастает. Экономические издержки растут. С другой стороны, переговоры без внятных гарантий безопасности это, с точки зрения израильского общества, повторение уже пройденного пути к катастрофе. Любой израильский политик, который предложит существенные уступки без убедительных гарантий, совершит политическое самоубийство. И дело не только в политическом расчете, это отражение реального страха реальных людей."
******************************************
"Если мировое сообщество всерьез хочет политического урегулирования, а не просто прекращения неприятных телевизионных картинок, оно должно быть готово к нечто большему, чем призывы. Оно должно быть готово предложить реальные механизмы безопасности, реальное международное присутствие, реальные экономические гарантии и взять на себя реальную ответственность за последствия, если что-то пойдет не так. До сих пор международное сообщество демонстрировало готовность советовать, но не готовность разделять ответственность."
********************************************
"Неудобная правда состоит в следующем: ни чисто военное решение, ни наивные призывы к переговорам сами по себе не работают. Военные операции могут подавить угрозу на какое-то время, но не устраняют ее источника. Переговоры без реальных гарантий безопасности ведут к соглашениям, которые разваливаются при первом испытании.".................
